Мотив мастерства в современном традиционализме: особенности авторской репрезентации : научное издание | Научно-инновационный портал СФУ

Мотив мастерства в современном традиционализме: особенности авторской репрезентации : научное издание

Тип публикации: статья из журнала

Год издания: 2020

Идентификатор DOI: 10.25205/1818-7919-2020-19-9-126-143

Ключевые слова: Abramov, Shukshin, Rasputin, master, traditionalism, izba, Абрамов, Шукшин, Распутин, мастер, традиционализм, "изба"

Аннотация: Цель статьи - анализ мотива мастерства в современном традиционализме. Для исследования выбраны произведения Ф. Абрамова, В. Шукшина и В. Распутина как представителей социально-нравственной, экзистенциальной и «мистической» («мистический реализм») линий развития направления. В работе мы разделяем мотив ремесла и собственно искусного делания, анализируем эффект люминофании, свойственный последнему. В творчестве Шукшина мотив мастерства коррелирует с сюжетом цивилизации. В ранних текстах город представлен как перспективное для становления личности пространство, в поздних, напротив, образ города получает трагическое разрешение, мастер избирает путь наемного ремесленника, повторяющего чужие образцы. Подлинный мастер - «чудной», «дурень», не умеющий извлечь практическую пользу из своего искусства. Он создает свой мир как чудо, убежище, куда можно ускользнуть от жестокого настоящего. В творчестве Абрамова темы труда, мастерства - ключевые, важны социально-нравственные усилия мастера, стремящегося преобразить дом, село, Русь здесь и сейчас. Происходит этизация труда, труд становится главной ценностью, молитвой, мастер принадлежит сказочному хронотопу, выполняет функции демиурга, открывающего профанам ремесла, культуру, вертикаль. Женщины зачастую проявляют мастерство в мужских профессиях («Майка-плотник»), что связано с особенностями послевоенного времени. Мотив мастерства в поздних текстах Распутина коррелирует с мотивом смерти. Тема мастера, его судьбы разворачивается в знаковом рассказе «Изба», где встает вопрос о новом герое, способном вывести нацию из духовного тупика. Распутин, разочарованный в возможностях патриархального мужчины, шанс на обновление мироздания оставляет за женщиной, чей подвиг оттеняет присутствие мастера Савелия, образ которого подсечён фигурой Орфея. Когда для мастера нет уже места в реальности, он устанавливает личный контакт с временем, Вечность резонирует на вопрошание человека. На протяжении столетий опыт искания «тайной свободы», сотворение мастером света, накапливается, передается из поколения в поколение, что и определяет бытие культуры. <i>Purpose</i>. The purpose of the article is to analyze the motive of mastery in modern artistic traditionalism. <i>Results</i>. The works of F. Abramov, V. Shukshin, and V. Rasputin as representatives of the socio-moral, existential, and ‘mystical’ lines of development of this movement were chosen for our research. We separate the motif of craft and the the actual creative act, and analyze the effect of luminophany typical to the latter. In Shukshin’s work, the motive of skill correlates with the plot of civilization, the characters leave the countryside in search of wisdom. In the early texts, the city is presented as a promising space for the formation of personality, in the later ones, on the contrary, the image of the city gets a tragic resolution, the master chooses the path of a hired craftsman who repeats other people's patterns. The real hero here is ‘strange’, ‘foolish’, who does not know how to make practical use of the skill. He creates his world as a miracle, a refuge where you can escape from the cruel present. In Abramov’s work, the themes of labor and skill are key, the social efforts of masters are important, they strive to transform the house, the countryside, and Russia here and now. There is an ethicization of labor, labor becomes a commandment, a prayer, the masters themselves belong to the fabulous chronotope, perform the functions of demiurges, opening up to the profane crafts, culture, and the vertical. Women often show skill in men's professions, which is due to the unique traits of the post-war period. The motif of skill in Rasputin's later texts correlates with the motif of death. The theme of the master and his fate unfolds in the story <i>Izba</i>, where the question arises about a new hero who can lead the nation out of the spiritual impasse. Rasputin, disappointed in the possibilities of a patriarchal man, leaves the chance for the renewal of the universe to a woman whose feat is set off by the presence of the master Savelii, whose image is enhanced by the figure of Orpheus. When the masters no longer have a place, in reality, they establish personal contact with time, and Eternity resonates with the question of man. <i>Conclusion</i>. Over the centuries, the experience of searching for ‘secret freedom’, the creation of the master of light, accumulates, is transmitted from generation to generation, which determines the existence of culture.

Ссылки на полный текст

Издание

Журнал: Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология

Выпуск журнала: Т. 19, 9

Номера страниц: 126-143

ISSN журнала: 18187919

Место издания: Новосибирск

Издатель: Новосибирский национальный исследовательский государственный университет

Авторы

Вхождение в базы данных

Информация о публикациях загружается с сайта службы поддержки публикационной активности СФУ. Сообщите, если заметили неточности.

Вы можете отметить интересные фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.